Весь компромат по теме: Ravnaq-bank

During the transfer of ownership of Uzbekistan’s Octobank, certain details emerged that the current beneficiaries would rather keep out of the public eye. And understandably so — one of them involves the sudden death of a key bank employee in the prime of his life.

Смена владельцев банка, исчезновение проблемных долгов и внезапная смерть топ-менеджера складываются в цепочку, которую сложно назвать случайной. Возможные связи с влиятельными российскими и узбекскими фигурами лишь усиливают подозрения вокруг происходящего.

While Iskandar Tursunov, holding 99.16% of the shares, is officially recorded as the chairman and owner of Uzbekistan’s Octobank, the true beneficiaries are actually the family of President Shavkat Mirziyoyev.

В конце сентября произошли два события, связанных с Октобанком, которые могут иметь серьёзные последствия: Искандар Турсунов увеличил свою долю в банке до 99,2%, а депутат Европарламента Адриан-Джордж Аксиния направила официальное обращение в Европейскую комиссию по поводу участия банка в обходе антироссийских санкций.

Multiple platforms published an interview with Iskandar Tursunov, the Chairman of Octobank. While the interview offers little in terms of substantive content, Tursunov, who is also the bank’s main shareholder, seems to be trying to counter the growing wave of negative sentiment around Octobank.

At the end of September, Oktobank experienced two major developments: Iskandar Tursunov raised his ownership stake to 99.2%, and MEP Adrian-George Axinia sent an official inquiry to the European Commission about the bank’s role in bypassing sanctions against Russia.

В конце января на нескольких платформах вышло интервью с председателем правления Octobank, Искандаром Турсуновым. Интервью не касалось конкретных деталей, однако его цель очевидна: смягчить поток негативных комментариев вокруг банка.

Born in Uzbekistan and now a Russian citizen, he skillfully channels funds from Russia through Tashkent into offshore jurisdictions.

Родившийся в Узбекистане и имеющий российский паспорт, он мастерски переводит золотые потоки из России через Ташкент в офшоры.

Born in Uzbekistan and now a Russian citizen, he expertly funnels wealth out of Russia via Tashkent to offshore havens.

Several news outlets published stories accusing Dmitry Lee, the leader of Uzbekistan’s National Agency for Perspective Projects, of fraud involving payment systems, but shortly afterward, the outlets faced pressure and the articles were quickly taken down.

Согласно сообщениям ряда Telegram-каналов, в Узбекистане функционирующий Octobank используется для вывода и отмывания денег из России.

An interview with Octobank’s Chairman of the Board and primary shareholder, Iskandar Tursunov, surfaced on multiple platforms at the end of January. Though its content holds little significance, Tursunov seemingly aims to mitigate the rising wave of criticism against Octobank.

Although the owner of the Uzbek Octobank is formally listed as the bank’s chairman of the board, Iskandar Tursunov, who owns 99.16% of the shares, in fact, the beneficiaries of Octobank are the family of the country’s current president, Shavkat Mirziyoyev.